-- Это я виноват, -- говорил в один из следующих дней Паквай, сидя у изголовья раненого Фиэльда. -- Я должен был предостеречь тебя против старого Бенито. Я заметил случайно подпись на полученной им телеграмме, и эта подпись возбудила мое подозрение, но я совсем забыл об этом, когда увидел тебя...
Фиэльд улыбнулся.
-- Одним ударом ножа больше или меньше, это ничего не меняет в деле. Но этот испанец не забыл своего старого искусства в бросании ножа. Если бы сеньорите Инес не сделалось дурно при известии о смерти дедушки, то я непременно получил бы удар прямо в сердце. Теперь мне надо запастись терпением на целую неделю. Но вы должны следить за Бенито, чтобы он не причинил нам еще больших неприятностей.
-- Об этом я уже позаботился, -- сказал спокойно Паквай.
-- Как так?
-- Судьба сама взялась за это дело. Бенито упал сегодня утром с пароходного мостика и утонул. Кид Карсон, который стоял возле, сделал все возможное, чтобы спасти его, но то ли течение было так сильно, а может быть, и какой-нибудь крокодил...
-- Все это весьма невероятно. А случилось, вероятно, то, что Кид Карсон просто напросто сбросил его с мостика.
-- Этого никто не видел, но есть достаточно свидетелей, которые могут подтвердить, что Кид Карсон делал чудеса, чтобы спасти Бенито. Так что, если уж кому-нибудь следует получить медаль за спасение...
Фиэльд вздохнул.
-- Вы должны немного следить за Карсоном. Он иногда проявляет чересчур большое усердие.