-- А папаша пуститъ ли?
-- Отъ-чего же нѣтъ? ужъ если я отпускаю, такъ и онъ отпуститъ; съ кѣмъ бы съ другимъ и я, можетъ-быть, не позволила, а съ Машинькой я тебя охотно отпускаю.
-- Благодарю, мамаша, сказала Вѣра, цалуя старушку въ плечо, и тихо вышла изъ комнаты. Аграфена Ивановна съ нѣжною улыбкою глядѣла ей во слѣдъ.
Вѣра написала отвѣтъ подругѣ и потомъ, взявъ пяльцы, пошла вышивать въ ту комнату, гдѣ сидѣла мать.
Вѣра на сценѣ, а вы не знаете ея, любезный читатель.-- Виновата, что я вамъ ни слова не сказала о ней прежде; но я заглажу свою вину -- вотъ біографія. Она была очень хороша собою; конечно, еслибъ она была богата, всѣ сказали бы, что она прекрасна; но она дочь бѣднаго чиновника, и всѣ говорили про нее просто: хорошенькая.-- Я нахожу, что этого эпитета было мало для Вѣры; въ-самомъ-дѣлѣ, представьте себѣ семнадцати-лѣтнюю стройную дѣвушку: лицо ея блѣдно; на немъ выражается грусть и нѣжность; бархатный взглядъ какою-то благодатью льется изъ ея большихъ темноголубыхъ глазъ; походка ея совершенно соотвѣтствуетъ нѣсколько грустному выраженію лица -- она тиха, плавна; манеры ея благородны, просты и граціозны.
Вѣра дочь бѣднаго чиновника 9-го класса, все насущное котораго, со всѣмъ его семействомъ, т. е. съ женою и дочерью, составляетъ жалованье: полторы тысячи рублей ассигнаціями въ годъ. Можно вообразить, какъ не много это для цѣлаго семейства. Между-тѣмъ, Вѣра воспитывалась въ очень-хорошемъ пансіонѣ: крестная мать ея, богатая женщина, жила постоянно за границею; однажды посѣтивъ Петербургъ, она вспомнила о своей крестницѣ, и, желая чѣмъ-нибудь выказать свое о ней попеченіе, отдала Вѣру на свой счетъ въ пансіонъ. Вѣрѣ тогда былъ пятнадцатый годъ. Но судьба не долго покровительствовала бѣдной крестницѣ: не болѣе, какъ черезъ два года, умерла ея крестная мать, и вотъ Вѣра на семнадцатомъ году должна была оставить пансіонъ, что было незадолго до времени нашего разсказа.-- Два года, разумѣется, немного въ воспитаніи; но такъ-какъ для нѣкоторыхъ и многое бываетъ малымъ, такъ для иныхъ достаточно бываетъ и малаго -- Вѣра очень-много сдѣлала въ два года. Кромѣ изученія языковъ и нѣкоторыхъ наукъ, она въ эти два года освободилась навсегда отъ вліянія мелочной жизни, которая, необходимо окружая ее въ домашнемъ быту, могла подавить многія святыя чувства, чему примѣръ мы видимъ такъ часто.-- Напротивъ, ученіе, общество въ эти два года, возбудили въ ней тотъ природный тактъ, съ которымъ женщина остается женщиною, и не теряется въ неисчислимыхъ мелочахъ, дрязгахъ ежедневной жизни; тотъ тактъ, который ничтожнѣйшему дѣйствію даетъ какое-то неуловимое благовоніе и гармонію, свойственныя однѣмъ только женщинамъ.-- Вотъ болѣе или менѣе удачный портретъ Вѣры.
-- За тобой зайдетъ Машенька? спросила мать, когда Вѣра съ пяльцами сѣла возлѣ нея.
-- Нѣтъ, мнѣ надобно быть у нея къ шести часамъ.
-- Папенька, я думаю, прійдетъ скоро изъ должности; послѣ обѣда, ты и ступай сейчасъ; все ли ты только приготовила для гулянья, Вѣрочка? какое ты надѣнешь платье?
-- Я, право, и не подумала объ этомъ, мамаша.