-- Въ свою очередь, могу сказать и я, что мой первый подарокъ я кладу къ вашимъ ногамъ, улыбаясь сказала Вѣра.
-- Прекрасно! острота за остроту; хотя ваши слова никакъ не сбудутся: изъ этого коврика я велю сдѣлать подушку, сказалъ Владиміръ Петровичъ. И онъ и она улыбались, и въ улыбкѣ ихъ -- сіяло счастіе. А старики, глядя на нихъ, безотчетно улыбались и улыбки ихъ мѣшались со слезами, и Иванъ-то Ивановичъ, который, даже проигравъ въ лото, не плакалъ явно, хотя и глоталъ мучительные узелки, а тутъ и онъ не выдержалъ, и онъ распустилъ нюни.
-- Благословите же насъ, батюшка, сказалъ Владиміръ Петровичъ.
-- Сейчасъ, мои голубчики, сейчасъ, и старикъ-отецъ, набожно перекрестясь, снялъ со стѣны образъ Спасителя и вмѣстѣ съ Аграфеной Ивановной благословилъ Вѣру и Владиміра.
-- Теперь можно поговорить и о свадьбѣ, началъ женихъ послѣ того, какъ Иванъ Ивановичъ поставилъ икону на прежнее мѣсто.
-- А вотъ сейчасъ, сейчасъ, обождите минуточку, говорилъ отецъ, бѣгая изъ комнаты въ комнату:-- онъ открывалъ коммоды, копошился въ ящикахъ; бренчалъ деньгами и ключами; но вскорѣ все затихло, и Иванъ Ивановичъ не являлся на совѣщаніе о свадьбѣ.
-- Да куда это батюшка скрылся, спросилъ Владиміръ Петровичъ.
Аграфена Ивановна заглянула въ сосѣднюю комнату; но тамъ его не было.
-- Странно, сказала она: -- куда это онъ дѣвался?
Впрочемъ, Иванъ Ивановичъ но долго заставилъ разгадывать причину своего отсутствія;-- черезъ десять минутъ, онъ запыхавшійся предсталъ передъ компаніей; а въ рукахъ его была засмоленая бутылка съ золотымъ ярлыкомъ. Разгулялся на радости старикъ на послѣднія, и купилъ шампанскаго.