- Хорошо, - поднявшись со стула, принял последнее решение командующий, - только надо действовать возможно скорее, наступление начнем незадолго до восхода солнца – часа в четыре с половиной. В нашем распоряжении еще два часа, - адмирал Нагано вынул старомодные карманные часы на цепочке. – Я немного вздремну, разбудите меня во-время.
Командующий кивнул на прощание своим подчиненным и отправился в запасную адмиральскую каюту. Нагано совершенно справедливо считал, что к серьезному делу нужно приступать со свежей головой. К тому же, молниеносно разлетевшийся по кораблям слух о том, что адмирал, как ни в чем ни бывало, пошел спать, здорово успокоил волнующиеся перед генеральным сражением экипажи.
Кто-то последовал примеру вице-адмирала, кто-то пошёл на мостик, но большинство прочих офицеров штаба, после ухода командующего, собрались в кают-компании и всю ночь напролет обсуждали, как нужно действовать, когда наступит утро. Необходимо было возможно быстрее сблизиться с противником и с рассветом нанести прежде всего сильный удар по воздушным силам американцев. Это должно положить начало победе. На этом сходилось мнение большинства офицеров штаба.
- Ну, - обводя всех взглядом, сказал начальник штаба, - идите спать, я вас разбужу вместе с командующим.
- Нет, этот трюк – спать перед решительным боем – мы уступаем командующему, - браво ответил офицер штаба воздушных сил. – Никто не хочет скоротать время до утра за партией в шашки?..
- Нет, мы лучше поднимемся наверх, надо немного освежиться, - и два капитана второго ранга вышли из кают-компании. У обоих на спинах насквозь промокли от пота кители, но не от духоты, а от тщательно скрываемого волнения.
На мостике Муцу около компасов стояли командир корабля, его помощник, штурман и несколько офицеров штаба эскадры. Все вместе они наблюдали за темным морем, изредка полушопотом перебрасываясь фразами. Внизу, примерно в ста метрах впереди, среди пенистых волн, несмотря на ночь, смутно виднелся нос корабля. Немного отступая, в тяжелом напряжении застыли две башни, из которых торчало по два 40-сантиметровых орудия, обмываемых брызгами волн, разрезаемых носом корабля. Позади возвышалась большая дымовая труба, похожая на гусеницу, а далеко за ней виднелся силуэт второго корабля, в молчании следовавшего на расстоянии 1 000 метров за первым.
- Опять! – прошептал помощник командира корабля офицерам штаба, когда откуда-то издалека донесся грохот, подобный раскатам грома. – Интересно, с каким противником пришлось нашим иметь дело во время сегодняшней ночной атаки?
- Странно, что за всю ночь ни один миноносец противника так и не попробовал приблизиться под покровом темноты к нашей эскадре… Похоже, американцам все ещё неизвестно о нашем присутствии… Но, однако, судя по тому, что мы не имеем донесений с высланного вперед миноносца Куруми, думается, что и мы не можем возлагать особенно больших надежд на наш сегодняшний ночной поиск, - ответил офицер штаба.
- Во всяком случае с рассветом придется здорово поработать.