— Ах, не пьешь, сука?.. Выпить со мной не хочешь, а со студентами…
— Какими студентами?
— Знаю, знаю, все знаю… У… стерва, гадость этакая!..
— И он единым духом сшиб со стола все бутылки, а потом застучал кулачищами, стал грозить, и вдруг на диване увидел Арину Сергеевну:
— Ты што здесь?
Старушка промолчала, перепуганная, не знала что отвечать…
— А, мать? Знаю мать… Ну, здравствуй, мамаша, поди поцелуй меня…
— Павел Павлыч, вы бы спать…
— Ага, — заревел он, — и ты не хочешь?.. Поцеловать меня не хочешь?.. Так… Э-эх, сукины дети, — ударил он кулаком по залитому вином столу, усеянному осколками разбитых стаканов.
Руку распорол в кровь и, глянув на нее, распоротую, окровавленную, вдруг утих.