-- Но... сказала она сухо:-- это, право, очень странно!... Какъ! вы вовсе не желаете быть любезнымъ со мною?
-- Сударыня, отвcтилъ я сухо въ свою очередь,-- быть любезнымъ -- да, но я нисколько не желаю доставить вамъ случай выиграть пари.
Я сдcлалъ этотъ намекъ немного на удачу; припоминая кое-какія подробности моего разсказа, ты конечно поймешь меня. Во всякомъ случаc, я попалъ вcрно. Г-жа де-Пальмъ покраснcла, сказала невнятно два-три слова, и вышла изъ комнаты совершенно сконфуженная.
Это поспcшное бcгство также смутило меня.
Я не могу допустить, чтобы уваженіе къ слабому полу доходило до повиновенія всcмъ капризамъ, въ ущербъ нашему достоинству и спокойствію,-- но признаю, вмcстc съ тcмъ, что право обороны съ нашей стороны въ подобныхъ случаяхъ заключено въ болcе узкія границы: я думалъ, что переступилъ ихъ. Мнc достаточно знать, что г-жа де-Пальмъ изолирована въ свcтc и безъ всякой протекціи, кромc той что она женщина,-- и я никогда не простилъ бы себc излишняго раздраженія на ея выходки. Въ то время какъ я старался увcрить себя, что мы одинаково виновны другъ передъ другомъ, кто-то снова постучался въ дверь. Это была госпожа де-Малуэ. Она была взволнована.
-- А! сказала она: -- что у васъ тутъ произошло?
Я пересказалъ сй слово въ слово нашъ разговоръ, и выражая глубокое сожалcніе о томъ что случилось, я прибавилъ, что поведеніе г-жи де-Пальмъ мнc кажется очень страннымъ,-- что въ теченіи 24-хъ часовъ я былъ два раза для нея предметомъ пари, и что я просилъ бы ее не обращать вниманія на человcка, который вовсе не занятъ ея особой.
-- Боже мой! отвcчала мнc маркиза:-- но я не упрекаю васъ, впродолженіи нcсколькихъ дней я слcдила за вашимъ поведеніемъ,-- однако, все это крайне непріятно. Этотъ ребенокъ, рыдая, бросился мнc на шею. Она думаетъ, что вы поступили съ ней какъ съ послcднею тварью
-- Сударыня, вскричалъ я,-- вы знаете нашъ разговоръ, судите сами!
-- Не слова оскорбили ее, а манера, тонъ... М-сье Жоржъ, позвольте мнc объясниться съ вами откровенно -- не боитесь-ли вы влюбиться въ г-жу де-Пальмъ?