-- Если мы уже друзья, то больше нечего ожидать, сказалъ я, протягивая руку маленькой графинc. Она осторожно пожала ее, и разговоръ прекратился. Мы cхали по вершинc холмовъ; тьма упала на землю, мы быстро помчались по дорогc въ замокъ.
Въ то время какъ я сходилъ внизъ къ обcду, я встрcтилъ въ корридорc госпожу де-Малуэ.
-- Ну что! сказала она смcясь:-- вы послcдовали моимъ приказаніямъ?
-- Свято, сударыня.
-- Вы притворились побcжденнымъ?
-- Да.
-- Прекрасно: и она спокойна, и вы тоже.
-- Аминь, сказалъ я.
Вечеръ прошелъ безъ всякихъ приключеній. Я оказывалъ г-жc де-Пальмъ маленькія услуги, которыхъ она у меня не требовала. Два или три раза она оставляла танцы, и добродушно шутила со мной; когда я уходилъ, оно проводила меня глазами до самыхъ дверей, дружелюбно улыбаясь. Теперь, прошу тебя, Поль, вывести нравоученіе изъ всей этой исторіи. Я бы желалъ, чтобъ ты увидcлъ въ этомъ одну игру воображенія, которое придало размcръ цcлаго происшествія этому вздорному эпизоду свcтской жизни; но если ты усматриваешь здcсь что-либо серіозное, какую-либо опасность -- то напиши мнc откровенно; я прекращу обязательство, которое заставляетъ меня остаться здcсь еще 10 дней, и тотчасъ уcду въ Парижъ.
Я не люблю г-жи де-Пальмъ, не могу и не хочу ее любить. Но мое мнcніе о ней очевидно измcнилось; я смотрю на нее какъ на добрую молоденькую женщину. Она вcтрена, и всегда останется такою; поведеніе ее гораздо лучше, нежели о немъ говорятъ,-- хотя можетъ быть и хуже, нежели она сама увcряетъ; сердце ея не лишено достоинствъ. Я чувствую къ ней дружбу, какую-то отеческую привязанность, и ничего другаго между мной и ею не существуетъ -- насъ раздcляетъ цcлая бездна. Мысль быть ея мужемъ -- заставлять меня смcяться; быть ея любовникомъ -- мнc кажется отвратительно. Капризъ въ ней я допускаю; страсть -- нcтъ.