Поль, пріcзжай. Если ты можешь оставить твою мать, пріcзжай, умоляю тебя; поддержи меня:-- меня Богъ наказываетъ! Я писалъ эту недоконченную строку, какъ вдругъ, среди неяснаго шума бури и свиста вcтра, до моего слуха долетcлъ тихій, жалобный стонъ; я бросился къ окну, перегнулся въ этотъ страшный ночной мракъ и увидcлъ на черной и грязной землc, какое-то неясное очертаніе, нcчто въ родc бcлаго свертка. Въ тоже время послышались стоны, по уже яснcе. Страшная истина мгновенно промелькнула у меня въ головc. Я добрался въ потьмахъ до дверей мельницы, у порога которой была привязана осcдланная въ женское сcдло лошадь; я бросился къ противоположной стcнc развалинъ и нашелъ на камнc, подъ окномъ моей кельи, эту несчастную женщину. Она сидcла какъ бы раздавленная тяжестью горя, она дрожала всcмъ тcломъ; проливной, холодной дождь безжалостно, безъ устали мочилъ ея легкій, бальный туалетъ. Я схватилъ ее за руки, стараясь поднять.
-- О, несчастная дитя!... Что вы сдcлали? Боже! несчастная
-- Да, я несчастна, глухо простонала она.
-- Но вcдь вы убиваете себя!
-- Тcмъ лучше.... Да! лучше....
-- Вамъ нельзя остаться!... Пойдемте.
Но она не могла встать.
-- Боже, всемогущій, Боже! что мнc дcлать?... Что съ нею будетъ? Что вы хотите отъ меня?...
Она ничего не отвcчала. Она вздрагивала и зубы ея стучали. Я взялъ ея на руки и унесъ. Скоро обдумываешь въ такія минуты! Это уже не могло укрыться отъ свcта. Оставалось только спасти жизнь. Я быстро вбcжалъ въ мою келью и посадилъ ее въ кресло, около печи, въ которой тотчасъ же развелъ огонь, потомъ я разбудилъ моихъ хозяевъ. Я далъ имъ кой-какое объясненіе случившагося. Первая помощь была подана г-жc де-Пальмъ мельничихой. Самъ мельникъ поскакалъ съ моимъ письмомъ къ маркизc де-Малуэ. Вотъ что я писалъ ей:
"Сударыня!