-- Кромѣ пользы, разумѣется, это ничего не можетъ вамъ принести.
-- Надѣюсь; но пока я только съ горечью сознаю какъ велико то разстояніе которое въ нравственномъ отношеніи отдѣляетъ меня отъ такого человѣка каковъ вашъ опекунъ. Еслибъ я, подобно ему, посвятилъ свою жизнь наукѣ вмѣсто того чтобы тратить ее на нелѣпыя развлеченія, я былъ бы и лучше, и счастливѣе чѣмъ теперь.
-- Вы думаете?... Лучше -- это возможно... это не особенно трудно... но счастливѣе,-- сомнѣваюсь... Вы знаете, я много училась... Нѣтъ ни одного изъ этихъ созвѣздій котораго я не умѣла бы назвать и опредѣлить его положеніе и движеніе въ пространствѣ... Здѣсь, въ лѣсу, не найдется насѣкомаго котораго строеніе, и даже нравы я бы не знала... На дорогѣ не попадется ни одного камушка котораго геологической эпохи я не могла бы опредѣлить... нѣтъ здѣсь ни одной травки которую я не сумѣла бы анализировать съ совершенною точностію... Я вовсе не нахожу чтобъ отъ этого я стала счастливѣе, но даже и лучше.
-- Я думаю, вы одна только и знаете о томъ что творится въ вашей головѣ и вашемъ сердцѣ.
-- Можетъ-быть.
-- Mlle Тальво?
-- Г. де-Водрикуръ?
-- Позвольте васъ спросить, среди этой пустыни, въ чемъ ваша религія?
-- Разумѣется въ томъ же въ чемъ и религія моего дяди.
-- И вы полагаете что этой религіи достаточно чтобы бороться со всѣми соблазнами міра, даже съ самыми ужасными и самыми сильными?