Еще знали о том, что одно время барон был очень беден, не владея ничем, кроме своего древнего имени. Рано лишившись родителей, а с ними -- привязанности и надежд, он отправился путешествовать по Северной Америке. Прожив там двенадцать лет, вернулся во Францию не богаче, чем был перед отъездом. Но в год его возвращения умер его дядя, маркиз Фаверлей, один из самых богатых людей Франции, сделав его единственным наследником громадного состояния с правом наследования его имени. Таким образом, из двух древних фамилий -- барона Брюле и маркиза Фаверлея сложилась одна. Из страстей его всем была известна только одна -- неистовая любовь к кровным лошадям. Каждый год он участвовал в скачках, но, естественно, как любитель, а не как продавец-заводчик.
Вот и все, что было известно о человеке, который держал сейчас в руках судьбу Андре и Сабины де Мюсидан.
Войдя в переднюю, он уже собирался задать прислуге стандартный вопрос: "Дома ли...", когда заметил взволнованную Сабину, спускавшуюся по лестнице. Обернувшись к ней, он почтительно поклонился.
Подойдя ближе, она обратилась взволнованным голосом:
-- Барон, уделите мне, пожалуйста, несколько минут и желательно наедине.
Барон почтительно склонил голову, стараясь не дать ей заметить, насколько он поражен подобной просьбой.
-- Я считаю за честь выслушать все, что вы захотите мне сообщить.
По знаку Сабины слуга распахнул дверь как раз в ту самую комнату, где накануне доктор Ортебиз вел беседу с ее матерью.
Девушка вошла туда первой, вовсе не заботясь о том, что придет в голову слугам. Она предложила барону сесть и, преодолевая сильное волнение, начала:
-- Моя просьба, барон, лучше всего доказывает то глубокое уважение и доверие, которое я к вам испытываю.