Тантен поправил очки.
-- Если бы мы знали все, ты не был бы сейчас нужен. Ты должен объяснить, каковы отношения между клиентом и Катеном. В этом и заключается твоя услуга нам.
-- Да ради Бога, -- вскричал обрадованный Перпиньян. Он ожидал чего-то похуже. -- Три недели тому назад ко мне пришел адвокат Катен и спросил, смогу ли я разыскать одно лицо, следы которого давно потеряны. Я, конечно, ответил, что да, ибо в том и состоит моя специальность. "В таком случае, -- говорит мне он, -- будьте завтра к десяти часам дома, к вам придет человек, который сообщит все остальное".
И, действительно, на другое утро приходит старик, бедно одетый, в ветхой шинели и поношенном платье. Но только тут такая неувязка, у старика под этой бедной одеждой -- великолепное белоснежное белье, превосходная обувь и маленькие аристократические руки с очень ухоженными ногтями. Я предложил ему кресло, так как меня не интересовало, зачем ему нужна была эта комедия с переодеванием. И предложил изложить суть дела.
-- "Милостивый государь, -- начал он, -- двадцать четыре года тому назад, по независящим от меня обстоятельствам, я сдал в воспитательный дом ребенка от женщины, которую страстно любил. Ее уже нет в живых. Я стар. Мне хотелось бы отыскать этого ребенка. Тому, кто его отыщет, я предлагаю половину своего состояния, а я богат. Не можете ли вы мне сказать, насколько это выполнимо?"
-- Конечно, я стал заверять старика, что невыполнимых задач не бывает, но он перебил меня...
-- "Катен говорил мне о ваших способностях. Но дело в том, что в тринадцать лет он сбежал из воспитательного дома и больше о нем ничего не известно. Я даже не знаю -- жив ли он".
-- Неразрешимых задач действительно нет, -- засмеялся Тантен.
Перпиньян подозрительно посмотрел на него. Ему пришла в голову мысль, что то же задание получил и Маскаро. И что тот уверен в успехе...
-- Я не могу соперничать с Маскаро, -- добавил толстяк, -- но кроме сведений, которые вы получите из воспитательного дома, я бы мог добавить еще кое-что. Старик обещал мне это.