-- Еще бы! Конечно! Я ведь даже ничего не делал для этого. Вчера она вздумала капризничать со мной, а я взял и ушел раньше времени!
Поль бессовестно врал. Он сам переживал оттого, что Флавия надула губки.
-- Видите! Как я правильно сделал! -- продолжал он трещать с великолепной наглостью. -- Вот и доказательства! Бедная девочка! Послушайте, что она пишет мне...
Поль кокетливо откинул назад свои прекрасные белокурые волосы, принял позу, казавшуюся ему особенно изящной, и принялся читать:
" Друг мой!
Я горько раскаиваюсь в том, что вчера была так нелюбезна с вами. Я не спала всю ночь. Но, Поль, я страдаю больше, чем вы!
Некто, любящий меня, твердит мне, что девушка, которая хочет быть любимой, не должна проявлять собственных чувств. Разве это справедливо?
Это было бы для меня слишком печально, потому что я никогда не сумею скрыть своих чувств. Доказательством этому служит то, что я сейчас вам сообщу.
Мой отец -- один из добрейших и благороднейших людей. Он беспредельно любит меня. Так что, если с вашей стороны явится с предложением наш уважаемый доктор и я буду просить его о том же, он не устоит и благословит нас ".
-- И это письмо не тронуло вас? -- сухо спросил Тантен.