-- Пошли скорее, -- прошептал он Ортебизу, -- а то боюсь, я не выдержу и отделаю этого кривляку. О, Флавия, Флавия, сколько ты еще прольешь слез из-за своего сегодняшнего безумия!
Еще долго после ухода своих гостей Поль не мог объяснить себе перемену в их обращении с ним. Настроение его было испорчено.
-- Черт их разберет, -- подумал он, -- они смеются над моими надеждами, моей верой в них...
В бессильной злобе он заскрежетал зубами.
Но доктору и Тантену было не до него. Они думали об Андре.
-- Пока я не узнаю все о нем, виконтессе и бароне, надо запретить Круазеноа показывать свой нос у Сабины, -- сказал Тантен. -- Я приставил к каждому из них по глазу и уху, так что, думаю, скоро я буду знать все, и мы еще поборемся...
За разговором незаметно они дошли до бульвара. Тантен остановился и вынул из кармана часы.
-- Однако, как время летит! Уже четыре часа. К сожалению, мы должны расстаться. У меня больше нет ни минуты. И не трусь, я сумею отстоять тебя!
-- Вечером увидимся?
-- Не знаю, вряд ли. Сейчас надо поесть, а вечером у меня свидание с Тото-Шупеном и Каролиной Шимель. Готов голову заложить, что тайна Шандоса в руках у этой девки. Безусловно, она будет упираться, но я знаю ликер, который может развязать язык кому угодно, а выпить она любит!