Последние слова адвоката несколько противоречили тому, что он говорил раньше, но юноша был слишком наивен, чтобы заметить это.
-- Все женщины в округе от вас без ума. Даже первая красавица, мадемуазель Диана де Совенбург, краснеет при одном лишь упоминании вашего имени. Вы, конечно, знакомы с мадемуазель де Совенбург?
Норберт и сам покраснел, как девушка. Он видел Диану в церкви и во время обедни не раз искоса поглядывал в ее сторону. Она показалась ему прекрасной и недосягаемой.
-- Все радости жизни ожидают вас, -- вкрадчиво продолжал Доман. -- Надо лишь вырваться на свободу. Раз уж вы так торопитесь избавиться от родительской опеки, господин маркиз, то не соблаговолите ли приступить к составлению необходимой бумаги?
Он взялся за перо, но в этот самый миг часы с кукушкой пробили двенадцать раз.
-- Боже мой! -- воскликнул молодой человек, поднимаясь с кресла. -- Я опоздал! Ровно в полдень у нас садятся за стол. Что скажет отец?
Он, не прощаясь, выбежал из дома адвоката, вскочил на телегу и погнал лошадь галопом.
4
Сообщая молодому маркизу его прозвище, месье Доман сказал полуправду. Юношу в самом деле называли шандосским дикаренком, но никто не думал его этим унизить.
В Пуату, где деньги почитались едва ли не превыше Господа Бога, никому бы не пришло в голову оскорбить человека, имеющего двести тысяч ливров годового дохода.