-- Ну и не надо! Я найду себе таких секундантов, что он испугается одного их вида! У меня есть знакомые офицеры. Дело ясно как день! Он меня оскорбил! Я ставлю условия. Стреляемся на пистолетах с десяти шагов. Или пусть адвокат посоветует папе забрать жалобу!
В другом настроении Андре, вероятно, посмеялся бы над этим ребячеством. Но сейчас он слишком спешил и рад был бы поскорее отделаться от назойливого юнца.
Ему повезло. Из дома вышел лакей и доложил:
-- Господин художник, хозяин увидел вас из окна кабинета и желает говорить с вами.
-- Сию минуту, -- поспешно отозвался Андре и прибавил, обращаясь к Гастону:
-- Желаю вам успеха.
Молодой Ганделю остановил скульптора.
-- Вы идете к отцу, -- прошептал он. -- Попросите его за меня. Он уважает вас. Скажите, что я доведен до полного отчаяния и намекните на возможность самоубийства. Это его испугает. Если он выпустит Зору и заплатит мой долг Вермине, то я готов сделать для него все, что угодно...
Избавившись, наконец, от Гастона, Андре вошел в кабинет господина Ганделю.
Если Ганделю-сын больше изображал отчаяние, чем испытывал его в действительности, то у отца оно было неподдельным.