И это была правда.
-- Поэтому я могу выйти замуж за де Круазеноа, ничего от этого не теряя, -- закончила Сабина.
И это была святая ложь.
Поверил ли ей граф?
Без сомнения, нет.
Впрочем, это не имело значения.
Для Октавия де Мюсидана было нестерпимым унижением допустить даже мысль о том, что дочь станет выкупом за его честь.
Между тем дни проходили за днями, а шантажисты больше не появлялись.
Диана уже начала надеяться.
"Не забыли ли они нас? -- думала она. -- Не посадили ли их в тюрьму за какое-нибудь преступление?"