-- А если у вас потребуют тысячу, угрожая в случае отказа разгласить тайну, которая покроет вас позором? Вы заплатите и будете молчать.
-- Неужели же ничего нельзя сделать?
-- Десятки раз я говорил с теми, кто только что заплатил мошенникам. Как бы туго им ни пришлось, ни один из этих людей не согласился дать мне в руки оружие против шантажистов. Сколько бы я ни уверял несчастные жертвы в скромности полиции, ничто не помогало. Тогда я решил ввести к негодяям своего человека. Уже не один месяц он служит камердинером у вашего соперника.
-- У маркиза Генриха? Значит, это тот самый слуга, который сидел рядом со мной и говорил на ломаном английском языке?
-- Тот самый.
-- И что же это дало, месье Лекок?
-- Почти ничего, хотя обошлось в десять тысяч. Так что же могло вам дать подслушивание разговоров в кабачке?
-- Совсем ничего...
-- Теперь вы понимаете, почему я нужен вам?
-- Да.