— Нет, беспартийная.
— Вас взяли в плен, когда вы уничтожали бумаги, — что это были за бумаги?
— Содержание их мне неизвестно. Я сделала это по просьбе умирающего офицера.
— Он был коммунист? Вы его знали?
— Я его видела в первый раз.
— Но вы должны были знать содержание этих бумаг! Он вам должен был сказать.
Есипцева покачала медленно головой, уйдя куда-то взглядом.
— Нет, он мне ничего не сказал, — ответила она, как бы очнувшись.
— Лжешь! — закричал вдруг, весь багровея, переводчик. — Ты должна знать, что это были за бумаги.
Пленная вздрогнула, побледнела, нахмурила лоб. Посмотрев на переводчика, ответила ясно и тихо: