-- Завтра я ѣду.
-- Куда?
-- Къ себѣ въ деревню.
Извѣстіе, видно, было неожиданное. Рука Варвары Алексѣевны отправилась-было въ табакерку, но на полдорогѣ остановилась; Ольга Ивановна вполовину подняла рѣсницы; Соничка и Митя замолкли; Сильфида перестала махать хвостомъ.
-- Вы знаете, началъ Платонъ Петровичъ:-- послѣ батюшки осталось маленькое наслѣдство, которое до-сихъ-поръ еще не раздѣлено. Братья и сестры вызывали меня разъ двадцать; я столько же разъ сбирался къ нимъ и все откладывалъ поѣздку. Скоро ли выберешься изъ Москвы! то то, то другое останавливаетъ на каждомъ шагу. А тамъ, глядишь, два года проходятъ, какъ два дня. Въ послѣднемъ письмѣ, родные настоятельно просятъ меня покончить дѣло; я взялъ отпускъ, нанялъ лошадей, и завтра ѣду.
-- Вотъ что... ну, это дѣло нужное, надо поспѣшить. Поѣзжай, батюшка, съ Богомъ. Только слушай, уговоръ лучше денегъ: -- какъ-только воротишься, тотчасъ приходи къ намъ и все разскажи; а не то разссорюсь съ тобой навѣкъ.
-- Исполню ваше приказаніе.
-- То-то же, смотри.-- Не угодно ли чаю? Палашка! что жь ты разинула ротъ? подай Платону Петровичу трубку; ты знаешь, онъ кушаетъ чай съ трубкой.-- Счастливой дороги, батюшка, благополучнаго пути; устроивай свои дѣла, да возвращайся скорѣе въ Москву. Кстати, Ольга Ивановна, вы мастерица гадать: погадайте-ка нашему гостю.
Глобовъ засмѣялся.-- Къ-чему это, Варвара Алексѣевна? Вы знаете, я плохо вѣрю картамъ.
-- Ахъ, батюшка, по-чемъ знать, что съ тобой тамъ случится? Можетъ-быть, ты влюбишься и женишься; на это немного нужно времени.