Народъ былъ побѣжденъ смѣлостію своей обожаемой королевочки, и сталъ расходиться съ кликами: "Viva la Regina".
Придворные, окружившіе Софію, были такъ потрясены, что у многихъ навернулись слезы. Францискъ II плакалъ.
XXIX.
Францискъ наканунѣ паденія.-- Поѣздка королевы Софіи въ Казерту.-- Встрѣча Цезаря и Урбана Бесси.
Королева Софія выѣхала изъ неаполитанскаго дворца въ закрытой каретѣ, сопровождаемая своей неизмѣнной статсъ-дамой герцогиней Сангро. При ней не было никакого конвоя, кромѣ одного верхового, скакавшаго впереди экипажа. Она направлялась въ Казерту.
День былъ теплый и солнечный, улицы столицы оживленны и веселы. Народу встрѣчалось особенно много, потому что за послѣдніе дни сюда съѣхались всякіе люди изъ разныхъ провинцій королевства и даже изъ-за границы, особенно изъ Сициліи и Калабріи. Въ крайнихъ предмѣстьяхъ города эти пришлецы бросались въ глаза. Они выглядывали изъ оконъ, съ балконовъ, стояли группами на улицахъ. Ихъ не трудно было отличить отъ туземцевъ по ихъ краснымъ курткамъ и шляпамъ съ высокими остроконечными тульями, повитыми разноцвѣтными лентами.
Выѣхавъ за городъ, карета катилась быстро по широкой дорогѣ, отѣняемой рядами столѣтнихъ платановъ. Вдругъ кучеръ остановилъ коней. Софія выглянула изъ окна и содрогнулась, слезы выступили на глазахъ ея. Зрѣлище было по-истинѣ печальное. По дорогѣ шла рота королевскихъ стрѣлковъ; солдаты двигались, медленно волоча ноги, подымая удушающія облака пыли. Боже мой! какъ они были истомлены. Исхудалыя лица, запыленная одежда въ лохмотьяхъ, большинство босы, и всѣ безъ оружія. Это тѣ самые блестящіе бурбонскіе стрѣлки, которыхъ Софія видѣла года полтора назадъ на парадѣ въ Бари, куда покойный король со всей семьей пріѣзжалъ встрѣчать юную невѣсту своего первенца.
Какія потрясающіяся событія совершились за это короткое время!
То были солдаты королевской бригады, которою командовалъ генералъ Сомерія Маннели, разбитый Гарибальди. Старѣйшіе изъ нихъ, узнавъ государыню, прокричали: "да здравствуетъ королева!" но такимъ слабымъ, хриплымъ голосомъ, что сердце сжалось отъ жалости. Они уже двое сутокъ не ѣли, нѣкоторые, какъ нищіе, протягивали руки за милостыней. Въ кошелкѣ королевы было десятка два золотыхъ монетъ: она всѣ ихъ высыпала на дорогу для несчастныхъ, откинулась въ глубь кареты и тихо заплакала.
-----