И Урбанъ ушелъ.
-----
Въ это время со склоновъ горы Тафія слышалась звонкая, бойкая пѣсня молодежи. Это была большая толпа подстоличныхъ добровольцевъ, направлявшихся въ городъ Салерно, гдѣ квартировалъ Гарибальди со своимъ штабомъ. У всѣхъ у нихъ были ружья, а на шапкахъ трехцвѣтныя кокарды. Пѣсня боевая ихъ была о родинѣ, о свободѣ, о самопожертвованіи ради того и другого: это былъ почти боевой кличъ.
Добровольцы были не близко, но каждое слово ихъ пѣсни долетало до слуха королевы. Очи ея затуманились; блѣднота проступила въ лицѣ. Она понимала трагическій для Бурбоновъ смыслъ пѣсни и не была въ силахъ бороться съ грустью, съ непривычной ей робостью, навѣяной пѣсней и думами. Ей такъ захотѣлось поскорѣе быть дома, съ Францискомъ. А объ экипажѣ ей еще не приходили докладывать; статсъ-дама все еще не возвращалась. Софія встала и сдѣлала уже нѣсколько шаговъ по направленію ко дворцу, какъ вдругъ изъ ближайшей рощи раздался какой-то особенный, пронзительный свистокъ, изъ кустовъ около Тріанона повыскакали вооруженные люди и во мгновеніе ока окружили ее со всѣхъ сторонъ.
Еще нѣсколько минутъ тому назадъ подъ наплывомъ печальныхъ мыслей она чувствовала себя слабой и унылой. Но теперь, когда она инстинктомъ поняла опасность, къ Софіи вновь возвратилась вся ея обычная смѣлость. Она гордо взглянула на этихъ людей, такъ безцеремонно къ ней явившихся.
Для ясности нашего разсказа необходимо сказать нѣсколько словъ о фактахъ, которые предшествовали описываемой сценѣ.
Неустаннаго агитатора, или, какъ онъ самъ себя называлъ, commis voyageur de la révolution, Цезаря Бесси мы оставили послѣ того, что гарибальдійское войско переплыло въ Калабрію. Побывавъ въ городѣ Козенца, онъ направился въ Неаполь, гдѣ ему было необходимо сдѣлать нѣкоторыя сообщенія мѣстному революціонному комитету, работавшему въ то время надъ задачей, какъ присоединить Неаполь къ завоеваннымъ уже объединительной партіей провинціямъ, безъ насилія, безъ выстрѣла, безъ пролитія крови.
У Цезаря Бесси былъ въ умѣ такой планъ. Королева Софія очень смѣла; она имѣетъ привычку выѣзжать изъ дворца, даже за городъ, даже въ Казерту, безъ всякаго конвоя, въ сопровожденіи какой-либо фрейлины или статсъ-дамы. Надо за ней внимательно слѣдить и похитить ее, не причиняя никакого вреда, конечно. Король обожаетъ жену и, чтобы выручить ее изъ плѣна, не остановится ни передъ чѣмъ, навѣрно согласится подписать отреченіе отъ престола.
Многіе члены комитета находили такую мѣру недостойной культурнаго вѣка. Цезарь оспаривалъ ихъ рыцарскіе средневѣковые предразсудки. Дѣло кончилось тѣмъ, что комитетъ не уполномачивалъ его на похищеніе, но и не препятствовалъ ему привести свой проектъ въ исполненіе.
И онъ, подготовясь надлежащимъ образомъ, рѣшился со своими сообщниками похитить королеву въ Казертѣ, когда узналъ, что она туда поѣхала.