(Съ французскаго.)
Рядъ разсказовъ талантливаго писателя, соединенныхъ подъ общимъ заглавіемъ "Семейство Кардиналь", представляетъ замѣчательно вѣрную картину парижскихъ буржуазныхъ нравовъ,-- картину далеко не привлекательную, но набросанную мастерскою рукою художника; близко знакомаго съ описанною средою. Въ его очеркахъ, какъ живые, проходятъ передъ нами madame Cardinal, monsieur Cardinal, ихъ милыя дочки, друзья, знакомые, маркизы, сенаторы, ouvreuses оперныхъ ложъ, все это на ярко очерченномъ фонѣ современнаго общества 1870--1883 годовъ. Главныя лица повѣствованія, супруги Кардиналь,-- а съ ними и вся буржуазія, созданная имперіей,-- были бы омерзительны и невозможны, какъ литературные типы, если бы симпатичный талантъ г. Галеви не представилъ ихъ въ высоко-комическомъ видѣ, если бы тонкимъ юморомъ и остроумнымъ смѣхомъ не прикрылъ язвъ, разъѣдающихъ Францію, и, вмѣстѣ съ тѣмъ, если бы не показалъ въ глубинѣ души своихъ героинь и героевъ прекрасныхъ качествъ, исковерканныхъ и направленныхъ на трагикомическое негодяйство цѣлымъ рядомъ прискорбныхъ историческихъ событій, сбившихъ съ пути его соотечественниковъ. "Казаться! Во что бы ни стало, казаться!" -- вотъ девизъ и задача огромнаго большинства французовъ. Ихъ сокрушаютъ les apparences. Ради того, чтобы казаться, французъ готовъ на все на свѣтѣ, на трудъ, на подвигъ, на геройство, но лишь съ тѣмъ, чтобы казаться, а не быть добродѣтельнымъ, подвижникомъ или героемъ; французъ-буржуа готовъ на всякую гадость и мерзость, но подъ непремѣннымъ условіемъ, чтобы были спасены les apparences. Мы говоримъ, конечно, не о всѣхъ французахъ, даже не о большинствѣ націи. Но дѣло въ томъ, что большинство не видно, а выдаются лишь тѣ, кому хочется казаться; вотъ почему и вся нація, при своихъ превосходныхъ качествахъ, кажется много хуже и испорченнѣе, чѣмъ она есть въ дѣйствительности.
Въ разсказахъ г. Галеви проходятъ не только почти типическія фигуры мелкихъ буржуа, но затрогивается слегка и исторія Франціи послѣднихъ тринадцати лѣтъ, изображено, какъ очень крупныя историческія событія, потрясавшія эту страну, отражались въ умѣ и сердцѣ такихъ ея, сыновъ и дочерей, каковы супруги Кардиналь и имъ подобные, имѣвшіе несомнѣнную долю вліянія и на самый ходъ этихъ событій. Въ легкой, чрезвычайно остроумной формѣ, не имѣющей въ себѣ ничего рѣзкаго и грубаго, рядъ этихъ разсказовъ составляетъ очень мѣткую сатиру на современное французское общество.
I.
Мадамъ Кардиналь.
Вечеромъ 6 мая 1870 года толстая, небрежно одѣтая дама, въ старой клѣтчатой накидкѣ на плечахъ, съ серебряными очками на носу, неподвижно стояла за кулисами оперы, облокотившись о подставку для лампы, и смотрѣла на сцену восторженными, умиленными глазами. Давали "Фауста" Гуно. Дѣвицы кордебалета танцовали вальсъ вокругъ Маргариты, а дамы хора, выстроенныя вдоль декораціи, съ видомъ неизмѣримой скуки и покорности своей участи, распѣвали:
Que la valse nous entraîne!
Faisons retentir la plaine
Du bruit de nos chansons!
Valsons!