-- Мосье Поль, вы, вѣдь, знаете, былъ всегда непосѣда: то ему туда надо, то сюда... Вотъ въ началѣ февраля онъ и говоритъ вдругъ: "Мнѣ нужно съѣздить къ себѣ въ деревню, посмотрѣть работы..." Въ этотъ самый день,-- бываютъ же въ жизни такія роковыя случайности!-- является къ намъ одинъ молодой человѣкъ, не бывавшій Богъ знаетъ сколько времени. Вы, навѣрное, знаете... Крошаръ, актеръ изъ Портъ-Сенъ Мартенъ... Нѣтъ, не знаете? Нисколько меня не удивляетъ; онъ изъ мелкихъ, но малый видный, способный... Рано или поздно пробьется, я въ этомъ увѣрена. Такъ вотъ приходитъ онъ и говоритъ: "Не хотите ли сегодня къ намъ, въ Портъ-Сенъ-Мартенъ? Я играю одного изъ вельможъ въ "Лукреціи Борджіа". Принесъ четыре мѣста. Оперы въ этотъ день не было, репетиціи тоже; мы согласились, пошли. Роль Крошара была не изъ крупныхъ; но, несмотря на это, онъ, все-таки, былъ замѣтенъ,-- и голосъ, и костюмъ, ну и самъ-то молодецъ... Я все восхищалась имъ: "Экій красавецъ! Вотъ молодецъ-то!" Виржини молчитъ. А мнѣ и не въ домекъ, просто ослѣпла, точно одурѣла въ этотъ вечеръ... Какъ на грѣхъ! А, кажется, въ чемъ другомъ, а ужь въ наивности меня нельзя заподозрить.
На другой день сидимъ мы вроемъ съ Виржини; она строчитъ балетные башмаки. Вдругъ звонокъ. Отпираю -- Крошаръ. Входитъ онъ и говоритъ:
-- Довольны вчерашнимъ вечеромъ?
-- Еще бы не довольны.
Сидимъ, разговариваемъ. Минутъ черезъ десять мнѣ нужно идти, рыбы купить,-- мы ждали гостей къ обѣду. Возвращаюсь я. Виржини сидитъ красная, Крошаръ тоже. Я уже это послѣ сообразила. На другой день пріѣзжаетъ мосье Поль изъ деревни, сидитъ у насъ. Какъ разъ въ это время приносятъ письмо Виржини. Я, съ дуру, и вхожу съ письмомъ. Мосье Поль сидитъ на креслѣ, Виржини стоитъ у камина. Я и говорю:
-- Тебѣ письмо, Виржини. Рука незнакомая.
Я думала, какое-нибудь объясненіе въ любви. Мосье Поль очень любилъ читать такія объясненія; показывать можно было, такъ какъ въ это время у насъ рѣшено было всѣхъ спроваживать, кромѣ мосье Поля. Виржини распечатала, да вдругъ какъ вскрикнетъ:
-- Ахъ, это отъ него!
Что тутъ подѣлаешь? Молода... невзначай это сорвалось у нея. Мосье Поль всталъ, а она хлопъ -- дурно... Письмо упало на полъ, онъ такъ и бросился на него. Я не виню его, нисколько не виню; на его мѣстѣ я бы сдѣлала тоже. Прочелъ онъ такъ, однимъ взглядомъ. Потомъ смотрю, преспокойно беретъ со стола перчатки и шляпу. Я хлопочу около Виржини,-- безъ чувствъ лежитъ въ креслѣ, похолодѣла,-- а сама и говорю мосье Полю:
-- Что тамъ такое случилось?