-- Еще раз благодарю вас, господа, и советую вам спокойно переночевать здесь, а главное -- оставить меня в покое. Я не нуждаюсь в попутчиках, притом, может быть, это немного странная привычка, а я люблю уединение.
-- О, теперь я уже ясно вижу, что вы не можете нам простить того, что мы были секундантами вашего противника! Что же делать! Примите уверения в нашем искреннем сожалении и да хранит вас Бог!.. -- льстиво заключил Ринальдо.
-- Спокойной ночи! -- грубо прервал его секретарь и повернулся спиной к незнакомцам, отвешивавшим ему самые низкие поклоны.
Оба бандита вышли, но вместо того чтобы отправиться на покой, незаметно покинули гостиницу и, оседлав лошадей, с большими предосторожностями оставили гостеприимную кровлю "Венценосного павлина".
-- Мы потеряли нашего помощника, надо изменить прежний план. До сих пор мы следовали за этим молокососом, теперь заставим его последовать за собой! -- проговорил Ринальдо.
-- Что ты думаешь теперь предпринять? -- спросил его цыган.
-- Что? Пошлю его туда, куда отправился твой друг Эстабан!
-- А каким образом?
-- Не образом, а вот этой штучкой! -- ответил Ринальдо, вынимая пару тяжелых пистолетов.
Пощупав и свои пистолеты, Бен-Жоэль замолчал, не считая нужным продолжать расспросы. Оба достойных товарища дружно пришпорили лошадей и помчались по орлеанской дороге, белевшей при слабом свете луны.