-- Прекрасно! Не будь у меня доказательств, еще более веских, эта книга была бы неоценимым сокровищем! Но точно ли вы перевели эти слова?
-- Если вы не верите, то позовите какого-нибудь цыгана, покажите ему эту страницу, и если он знает язык своих отцов, то без труда переведет вам эти несколько строчек, -- проговорила цыганка.
-- Я вам и так верю. Идите с миром, дитя мое, завтра утром Мануэль будет свободен.
-- А почему не сегодня?
-- Потому, что сегодня я хочу быть у графа де Лембра, чтобы предупредить его. Я это делаю не ради него, а ради имени, которое он имеет честь носить, так как мне было бы тяжело предавать огласке подобное позорное дело. Если же он и теперь будет упорствовать -- ну тогда другое дело! Тогда я сделаю то, что обещал его покойному отцу.
-- Прощайте, господин Сирано, я вполне доверяю вам!
Поэт встал и почтительно провел ее до дверей, затем, позвав Марот, велел ей прочесть знакомые ему строки.
Когда же совершенно сонная Марот прочла и перевела то же самое, что и Зилла, Сирано с удовольствием улыбнулся и захлопнул книгу.
-- Хорошо, дитя мое! Спасибо. Несколько минут спустя Сирано сошел вниз.
-- Я иду к графу. До моего возвращения не выходи из комнаты и позаботься, чтобы твоя протеже ни в чем не нуждалась, -- проговорил он, обращаясь к Сюльпису, о чем-то болтавшему с содержателем гостиницы.