-- Ничего, другая рука действует! -- ответил Сирано, перебрасывая шпагу в другую руку и быстро замахиваясь на цыгана. Момент -- и Бен-Жоэль с проколотой грудью лежал уже у ног раненого поэта.
-- Братцы, спасайся, кто в Бога верует! -- крикнула испуганная орава.
Видя убегающих наемников, Роланд схватил в обе руки пистолеты и подбежал к Сирано. Раздались одновременно два выстрела. Но Сирано, думая, что это стрелял один из убегающих, и не видя Роланда, со шпагой в руке бросился за ними вдогонку.
Бандиты улепетывали, словно на крыльях. Минут десять спустя Сирано остановился.
-- Убежали... верно, мало заплатил! -- пробормотал он, возвращаясь назад, и, свистнув своей прирученной лошади, остановился в ожидании умного животного.
-- Он убежит еще, чего доброго! -- пробормотал Роланд, все время следовавший за своим врагом.
Не замечая больше противников, Сирано занялся перевязкой своей раны.
Роланд, притаившись за углом, с досадой бранил себя за свою оплошность, что не захватил с собой шпаги, и, не зная, чем сразить своего врага, с угрюмой досадой следил за Сирано, старавшимся унять кровь. Наконец, отойдя несколько шагов и найдя большой камень, граф притаился за мусорной кучей в надежде, что Сирано пройдет как раз мимо него.
Между тем Сирано, справившись с перевязкой, наклонился к земле, чтобы поднять волочившийся повод лошади. В одну минуту Роланд очутился близ него и, высоко взмахнув рукой, изо всей силы ударил камнем в затылок Бержерака.
Сирано, страшно вскрикнув, со стоном свалился на землю.