-- Sfaceiato! {Дерзкая рожа.} грозно воскликнулъ онъ, обращаясь къ Травателло:-- это что такое? Какъ ты смѣешь безпокоитъ начальство, когда оно отдыхаетъ отъ трудовъ! Ступай вонъ или я велю Трико выгнать тебя отсюда.
Поселянинъ не двинулся съ мѣста.
-- Наша свинья еще не продана, промолвилъ онъ, смотря презрительно на патера:-- но я не могу вамъ дать ее. Это послѣднее наше достояніе.
-- Что же ты, пойдешь или нѣтъ! загремѣлъ синдикъ, а патеръ преспокойно налилъ себѣ стаканъ вина.
-- Вы получите свинью, произнесъ, наконецъ, поселянинъ и прибавилъ про себя: -- если я тебя повстрѣчаю когда-нибудь ночью, старый разбойникъ, ты мнѣ за это отвѣтишь.
Патеръ медленно вынулъ изо рта трубку, допилъ стаканъ и поднялся съ мѣста. Травателло схватилъ его за рясу и потащилъ на улицу.
Но уже было поздно. Въ ту минуту, какъ они входили въ дверь дома, его жена испустила послѣднее дыханіе.
-- Какъ вамъ не стыдно такъ запоздать! воскликнула добрая Маріанджела, ухаживавшая за больной: -- она по вашей милости умерла, не причастившись.
-- Это не моя вина, отвѣчалъ Травателло съ горечью и, обернувшись къ патеру, лицо котораго вытянулось при мысли, что ему не достанется свинья, воскликнулъ съ сердцемъ.-- Убирайся отсюда, пока я тебѣ не пересчиталъ ребра!
Умершая женщина была героиня странной исторіи. Некрасивая, даже уродливая женщина, она дожила до двадцати-пяти лѣтъ безъ всякихъ драматическихъ эпизодовъ. Но тутъ однажды, возвращаясь съ базара, она нашла на дорогѣ ребенка, завернутаго въ одѣяло. Она взяла его къ себѣ на воспитаніе. Судя по его здоровому, опрятному виду и тонкому бѣлью, ребенокъ, вѣроятно, былъ не простого происхожденія. Травателло {Найденышъ.}, такъ прозвали ребенка, съ годами сталъ красивымъ юношей. Его характеръ былъ такимъ же загадочнымъ, какъ и его происхожденіе. Онъ былъ мраченъ, молчаливъ, велъ жизнь уединенную, не былъ друженъ ни съ кѣмъ и на него не имѣла никакого вліянія женская красота. Но главной чертой его характера была справедливость. Всякій, кто дѣлалъ ему добро, зналъ, что будетъ за это вознагражденъ, и обратно, всякій, причинившій ему вредъ, былъ убѣжденъ, что рано или поздно раскается въ этомъ. Онъ считалъ, что обязанъ былъ жизнью Сантѣ и вознаградилъ ее тѣмъ, что снялъ съ нея позорное пятно старой дѣвы. Онъ женился на ней и эта женщина, въ молодости не имѣвшая ни одного поклонника, въ пятьдесятъ лѣтъ сдѣлалась женою красиваго молодого человѣка.