-- Ты права, не всякий мужчина рожден для того, чтобы быть обманутым -- ты должна это знать. Я знаю тебя, ты Критилла, которую прогнал твой первый муж, Ксантий, потому что поймал разговаривающей ночью с мужчиной, под деревом, осеняющим алтарь Аполлона.
Лицо Критиллы покрылось краской, она вскочила и собиралась броситься на свою противницу, но была удержана спутницами Аспазии.
-- Эта женщина позорит моего мужа, -- продолжала Аспазия, -- позорит только потому, что он первый из всех афинян уважает в своей жене женское достоинство, а не унижает ее как рабыню. Если такие мужья, как Перикл, из-за любви и уважения, которое они оказывают своим женам, должны переносить насмешки, не только из уст мужчин, но и со стороны самих женщин, то как можете вы надеяться, чтобы ваши мужья решились последовать примеру благороднейшего из мужчин? Ваши мужчины относятся к вам так, как вы этого заслуживаете. Попробуйте только воспользоваться той властью и тем влиянием, которое вы можете иметь на них. До сих пор вы не делали этого. Ваше рабство добровольное. Вы хвастаетесь званием госпожи дома, а, между тем, вас держат строже чем рабынь, так как рабыни могут свободно показываться на улицах, а вы пленницы. Разве это неправда?
-- Да, это правда! -- послышалось со всех сторон.
-- И так как ваши мужья ни во что не ставят вас у домашнего очага, -- продолжала Аспазия, -- то нечего удивляться, что они вовсе не дозволяют вам говорить об общественных делах. Когда они возвращаются с Пникса, где шел вопрос о мире или войне, вы даже не осмеливаетесь спросить их, что там решено.
-- Еще бы! -- вскричали женщины. Стоит только спросить об этом, как получишь ответ: "Какое тебе до этого дело! Сиди за прялкой и молчи!"
-- Они желают, -- снова заговорила Аспазия, -- чтобы вы были глупы и неразвиты, так как только в этом случае, они могут повелевать вами, с той минуты, как вы станете умны, когда осознаете силу, данную женскому полу над мужским, с этой минуты конец их тирании! Вы думаете, что сделали все, если содержите дом, двор и сад в чистоте, если моете, причесываете детей,% вы думаете, что можете пленить своих мужей нарядами и украшениями. Но красота тела и украшения могут быть опасным для мужчин орудием только в руках женщин с умом. А ум можно приобрести только благодаря свободному обращению в свете, которого лишают вас ваши мужья, запирая в четырех стенах. Ваши дома должны освежиться дыханием свободы. Вы должны чувствовать влияние внешнего мира и, иметь влияние на внешний мир. Женщины должны иметь равные права с мужчинами -- тогда не только домашняя жизнь улучшится, но и искусство достигнет высшей степени развития, тогда и война между мужчинами прекратится. Заключим союз! Дадим друг другу обещание, что мы, всеми зависящими от нас средствами, будем стараться приобрести себе права!
Эти слова Аспазии были встречены живым одобрением большинства собравшихся. Поднялся такой шум, что нельзя было ясно ничего разобрать.
Вдруг какая-то высокая фигура стала энергично прокладывать себе путь к тому месту, где стояла Аспазия. Белый платок, покрывавший ее голову, скрывал большую часть лица, так что сразу ее нельзя было узнать. Когда же она, наконец, остановилась в середине круга и ее взгляд встретился со взглядом Аспазии, все узнали резкие, мужские черты лица сестры Кимона.
Эльпинику боялись в Афинах, боялись даже ее приятельницы. Она властвовала силою своего языка, своей почти мужской силой воли, своими связями; боязливое молчание водворилось в толпе.