-- Конечно, -- отвечала Аспазия, -- я надеюсь, что ты не откажешь мне.
Перикл был изумлен.
-- Конечно, я не откажу тебе, -- сказал он, -- но что тобой руководит?
-- Веселье, -- отвечала Аспазия. -- Эта аркадская пастушка будет забавлять меня. Мне смешно, когда я гляжу в ее большие, круглые, испуганные глаза.
Аспазия обратилась к родителям Коры и объявила, что хочет взять Кору с собою в Афины, что там их дочь ожидает счастливая судьба.
-- Да будет воля богов! -- сказал пастух.
-- Да будет воля богов! -- отвечала его жена.
Но они не сказали "да" и сколько раз ни просила Аспазия их согласия, они только повторяли:
-- Да будет воля богов!
Видно было, что матери и отцу нелегко расстаться с дочерью: Вечером того же дня Кора, приведя домой стадо, вдруг пропала. Ее долго искали, наконец, Перикл и Аспазия увидели девушку, спускавшуюся по склону холма. Она шла как-то странно: обе ее руки были подняты и крепко прижаты к ушам. У дома стояли рабы Перикла; когда девушка подошла к ним, она вдруг отняла руки от ушей и стала прислушиваться к словам разговаривавших между собою рабов. Почти в то же мгновение она вздрогнула, как от испуга, приложила руку к груди и несколько мгновений стояла не шевелясь.