— То есть точнее это значит, что я разговариваю сам с собой.
— Это должно быть очень скучно, — выпаливает Хольм.
Но почтмейстер был добродушным парнем.
— Нет, почему же? Я очень занимателен. Я говорю гораздо лучше, когда я один, чем при других. Это бывает со всеми одинокими.
— Это вы, фру, делаете вашего мужа таким одиноким?
— Я сама одинока, — отвечает фру.
Почтмейстер: — Да, ты одинока. Но вы — художники и музыканты, вы не так уж одиноки. У вас искусство, пение, гитара.
— А ты рисуешь.
— Я? Рисую?! — воскликнул почтмейстер.
— Конечно, ты рисуешь. Ну, а теперь ты придёшь в бешенство из-за того, что я это сказала.