Она крикливо рассмеялась.
-- Какой вы вздор несёте! Прямо как ребёнок!
-- Разве вы никогда не вспоминаете Ганну? -- спросил я.
Она с бешенством плюнула.
-- Ганна, Ганна! Вечно вы с Ганной! Не считаю ли я её всё ещё ребёнком! Всё это с Ганной осталось далеко позади, и чего там ещё язык чесать об этом! Лучше бы заказали чего-нибудь выпить.
-- Охотно.
Она встаёт и выходит в другую комнату.
Кругом из соседних комнат слышны голоса, шум пробок, брань, тихие вскрикивания. Двери открываются и закрываются, то и дело в коридоре зовут прислугу и отдают ей какие-то приказания.
Элина вернулась в комнату; она захотела посидеть у меня на коленях, закурила папиросу.
-- Почему мне нельзя посидеть у тебя? -- спросила она.