-- А ты сама какъ полагаешь? Я тебѣ не пара.
Она взглянула на него. Макушка у него была совсѣмъ лысая, а затылокъ, напротивъ, обросъ густыми пучками волосъ, и потому какъ-то особенно выдавался, казался безобразно большимъ. И эта уродливая голова придавала ему видъ какого-то карлика; особенно, когда онъ сидѣлъ вотъ такъ, сгорбившись и втянувъ голову въ плечи.
Не дождавшись отвѣта, онъ опять сказалъ:-- Нѣтъ, никогда я не думалъ, что ты такая скучная.
-- Значитъ, тебѣ вѣрнѣе было бы сказать, что я тебѣ не пара.
Молодой Аренценъ сидѣлъ, разглядывая свои руки, затѣмъ вскинулъ глазами на стѣну и.проговорилъ: -- Да, да; что ни говори, Роза, а нѣтъ иной любви, кромѣ краденой.
Лицо у нея передернулось, и взглядъ медленно погасъ,-- словно солнце закатилось.
-- Съ той минуты, какъ любовь дѣлается законной, она превращается въ свинство,-- закончилъ молодой Аренденъ. -- Съ той же минуты она становится привычкой. И съ той минуты любви и нѣтъ больше,-- испарилась.
XXIII.
Шкуна, описывая большую дугу, входитъ въ гавань. Часомъ позже приходятъ и обѣ яхты. Всѣ три судна пристаютъ у сушильныхъ площадокъ Макка и выбрасываютъ концы причаловъ на берегъ. Наматывая воротомъ канатъ, Свенъ Дозорный распѣваетъ соотвѣтствующую пѣсню, такъ что въ Сирилундѣ слышно.
-- У меня самого есть тресковыя горы,-- говоритъ Бенони,-- но я охотно пристану и къ площадкамъ Макка съ моей рыбой...-- Онъ смотритъ молодцомъ въ своихъ высокихъ сапогахъ и въ двухъ курткахъ, но въ гривѣ его около висковъ пробивается сѣдина.