Бенони обернулся къ Стену Лавочнику и съ торжествомъ сказалъ:-- Слышишь ты!
-- Я только такъ сказалъ,-- отозвался Стенъ.-- И не зачѣмъ было такъ горячиться.
-- Больше ничего? -- освѣдомился Маккъ.
-- Нѣтъ. Гм... Кажется, ничего.
Не Макку, этому важному барину, было вмѣшиваться въ пререканія своихъ приказчиковъ съ покупателями,-- онъ повернулся и ушелъ обратно въ контору...
Недѣлю спустя, Бенони одинъ побрелъ въ свой сарай провѣдать неводъ и лодки. Онъ былъ обреченъ на бездѣйствіе. Всю недѣлю старался онъ собрать неводную артель. Но добрые односельчане больше не вѣрили въ его счастье и не хотѣли ѣхать съ нимъ.
Одинъ Свенъ Дозорный сразу отпросился у Макка наняться къ Бенони работникомъ. Стояло лѣто, и дрова въ Сирилундѣ требовались только для плиты, вотъ Свенъ и хотѣлъ поѣхать на ловъ, даромъ что недавно женился, а, пожалуй, какъ разъ именно потому, что женился.
Бенони постоялъ въ дверяхъ сарая, глядя на тресковыя горы, гдѣ возился народъ подъ командой Арна Сушильщика. Неужели среди этихъ десятковъ людей не наберется артели для неводнаго лова? Погода уже порядочное время держалась теплая, ясная; скоро можно будетъ грузить треску на суда. Бенони затворилъ двери сарая и пошелъ къ горамъ. Не мѣшало взглянуть на сушку собственной рыбы!
День былъ тихій, теплый, чайки блестѣли крыльями на солнцѣ и, летая стаями, напоминали медленно стригущія въ воздухѣ серебряныя ножницы.
Бенони боялся обидѣть Арна Сушильщика своимъ посѣщеніемъ, поэтому скромненько подошелъ къ работникамъ и сказалъ:-- Богъ въ помощь! Погода-то какъ разъ для сушки.