Бенони дали срокъ подумать до новаго прихода почтоваго парохода, съ которымъ ожидался адвокатъ изъ города.
XXV.
Всѣ слѣдующіе за тѣмъ дни Бенони ходилъ самъ не свой отъ возбужденія. Ему не хотѣлось никому открываться; англичанинъ, проспавъ свой хмель, пожалуй, и не вернется, вотъ Бенони и останется на бобахъ, сдѣлается басней всего околотка. Но когда ужъ недолго оставалось до прихода почтоваго парохода, Бенони стало невмочь, и онъ побрелъ въ Сирилундъ повидать Свена Дозорнаго. Двое пріятелей отошли подальше къ сторонкѣ, и Бенони, обязавъ Свена молчаніемъ но гробъ жизни, открылъ ему свою тайну.
Свенъ Дозорный долго стоялъ въ раздумьѣ.
-- Вотъ это ладно,-- сказалъ онъ, наконецъ, съ глубокимъ чувствомъ.-- Пять тысячъ далеровъ!
-- Ну, а какъ ты полагаешь насчетъ всего этого?
-- Какъ я полагаю? Гм... Я вотъ какъ разъ стою и раздумываю...
-- По-твоему, англичанинъ вернется?
-- Какъ только почтовый пароходъ придетъ, такъ и онъ придетъ,-- убѣжденно изрекъ Свенъ.-- Или вы думаете такой человѣкъ, я готовъ сказать -- принцъ..? Они настоящіе денежные мѣшки эти англичане! Когда мнѣ случалось задержать въ городѣ матроса англичанина, ему нипочемъ бывало откупаться отъ насъ; давалъ, сколько бы мы ни требовали, безъ разговоровъ.
-- А какъ задешево слѣдуетъ мнѣ уступить мои горы?