Роза подумала, медленно смыкая и размыкая рѣсницы.-- Пожалуй, можно попробовать, Бенони. Крестный полагаетъ, что мнѣ слѣдуетъ согласиться; но я должна тебѣ сказать,-- усмѣхнулась она,-- что ты не первая моя любовь.
-- Нѣтъ, нѣтъ, куда мнѣ! Да я и не гонюсь за этимъ,-- установилъ Бенони свою точку зрѣнія.
И они поладили...
Слѣдующія недѣли было много разговоровъ объ этомъ необычайномъ происшествіи; пожалуй, это былъ перстъ Божій, но все-таки нельзя было не подивиться. Зато въ домѣ кистера высказались напрямикъ: "Перстъ Божій? Сельдь всему причиной. Не разбогатѣй Бенони такъ страшно на селедкахъ, не видать бы ему Розы!"
У кистера былъ вѣдь сынъ, которому пасторская Роза пришлась бы куда больше подъ пару.
V.
Прошло нѣсколько недѣль. Роза частенько бывала въ гостяхъ въ Сирилундѣ, и Бенони каждый разъ видѣлся съ нею тамъ. Люди не дразнили ихъ другъ другомъ; не въ обычаѣ было подразнивать пару, которая ни отъ чего не отпиралась, а Роза съ почтаремъ Бенони даже прямо признавались всѣмъ и каждому въ томъ, что они женятся.
Бенони продолжалъ налаживать домъ и сарай; обшилъ домъ тесомъ и выкрасилъ, какъ другіе богачи. И, глядя на его домъ съ моря, люди говорили: вонъ господскій домъ Бенони!
Въ Сирилундѣ была веранда, и Бенони все подумывалъ не обзавестись ли и ему такой верандой,-- поменьше, разумѣется, безъ всякихъ затѣй; просто, чтобы было такое мѣстечко, гдѣ посидѣть,-- съ парой скамеекъ...
Сперва онъ заговорилъ объ этомъ съ однимъ изъ маляровъ.-- Я такъ заважничалъ, что хочу сдѣлать себѣ тутъ навѣсъ,-- сказалъ онъ.-- Совсѣмъ немудрящій, въ родѣ крытыхъ сѣней.