-- Да,-- отвѣтила она,-- вообще все вмѣстѣ; не буду отпираться. А отчасти и самъ онъ. Да и надо же мнѣ было чѣмъ-нибудь кончитъ. И разъ онъ такъ добивался меня...
Молчаніе. Оба сидѣли и думали каждый свое. Вдругъ Роза обернулась на стѣнные часы и сказала:-- Не знаю...
-- Я знаю! -- отозвался онъ и взялся за шляпу.
-- А то Маккъ подумаетъ, что мы тутъ сидимъ и мѣняемся кольцами,-- отчеканила она. Но тутъ ее какъ-будто зло взяло, и она порывисто спросила:-- А скажи мнѣ, ты вѣдь могъ бы сдать эти свои несчастные экзамены еще года три-четыре тому назадъ, какъ говорятъ?
-- Да,-- отвѣтилъ онъ, какъ будто сконфуженный,-- но тогда нашей вѣрности было бы всего одиннадцать лѣтъ.
Она сдѣлала усталое движеніе рукой и встала. Онъ простился, не подавая руки, и прибавилъ: -- Я-то не придаю этому значенія... но что, если бы и я теперь постарался насчетъ недвижимости?
-- Ты? Ты постарался бы?..
-- Нѣтъ, ради Бога,-- это не манифестъ. Я только говорю, что цѣлью моего честолюбія становятся отнынѣ голубятня и сарай!
XI.
Къ Пасхѣ пріѣхало на побывку много рыбаковъ. Они привезли семьямъ крупной Лофотенской трески,-- одна лодка могла захватить съ собой рыбы для десятка семействъ,-- и поклоны отъ оставшихся на промыслахъ. Бенони не могъ пріѣхать самъ, такъ какъ у него на рукахъ было три судна, и послалъ за себя Свена Дозорнаго, довѣривъ ему шлюпъ съ грузомъ рыбы для Макка, а для Розы Барфодъ золотое кольцо и золотой крестикъ. Но Роза уже опять находилась дома, такъ что посланному пришлось для исполненія порученія пуститься въ длинный путь черезъ общественный лѣсъ въ сосѣдній приходъ. Къ посылкѣ было приложено и письмецо.