-- А я захвачу съ собой письмо завтра утромъ,-- сказалъ молодой Аренценъ.
XIII.
На другое утро молодой Аренценъ снова предложилъ захватить съ собой письмо къ Бенони, но Роза отказалась:-- Нѣтъ, ты попросту оставишь его у себя.
-- Да,-- согласился онъ.-- А ты и въ самомъ дѣлѣ написала?
-- Въ самомъ дѣлѣ? Разумѣется.
-- Но посылать его все-таки не слѣдуетъ. Нельзя выдавать противъ себя такіе документы.
-- Поди ты съ твоими разсужденіями! Письмо будетъ послано.
Когда служба въ церкви отошла, и молодой Аренценъ успѣлъ хорошенько показаться всѣмъ на церковномъ холмѣ, было уже поздно отправляться восвояси, и пришлось ему согласиться еще разъ переночевать у пастора. Зато Роза пообѣщала сопровождать его на другой день въ Сирилундъ.
Въ понедѣльникъ утромъ они и отправились въ путь, запасшись сумкой со съѣстнымъ и дорожной фляжкой. Роза взяла съ собой и свое письмо къ Бенони. Она все еще твердо намѣревалась сдать его на почту.
Когда они дошли до селенья, Роза свернула по направленію къ Сирилундской усадьбѣ, а молодой Аренценъ въ кистерское жилище. Они окончательно поладили. Передъ тѣмъ, какъ разстаться, Роза потребовала, чтобы онъ назначилъ срокъ, когда они повѣнчаются; онъ отвѣтилъ, что пусть она сама назначитъ, и она предложила двѣнадцатое іюня -- когда кончается сушка трески. На томъ и порѣшили...