Фредерикка собралась съ духомъ и сказала:
-- Это я заставила людей бѣжать къ тебѣ скорѣй на помощь.
-- Это хорошо, -- сказалъ Симонъ.
Марселіусъ молчалъ. Онъ понялъ, что Симонъ Рустъ опять завладѣлъ ея сердцемъ.
-- Идемте теперь скорѣй домой, тебѣ надо переодѣться въ сухое платье, -- сказалъ старый учитель.-- Право, это будетъ чудо, если ты перенесешь эту катастрофу.
Всѣ стали помогать втаскивать лодки на берегъ, и Марселіусъ не дѣлалъ никакого различія между своей лодкой и лодкой Симона. Онъ положилъ столько же подпорокъ подъ его лодку, какъ и подъ свою, чтобы онѣ стояли на мѣстѣ и не уплыли къ море. Онъ пропустилъ всѣхъ впередъ и тогда только отправился домой, погруженный въ тяжелыя мысли. Вечеромъ Фредерикка прошла въ домъ къ сосѣду, но къ Марселіусу она не заглядывала. Онъ вышелъ, чтобы дождаться ее и, когда она проходила, онъ сказалъ:
-- Добрый вечеръ! Ты хочешь прогуляться при сѣверномъ сіяніи?
-- Мнѣ надо было тутъ по одному дѣлу, -- отвѣтила она..-- Что ты скажешь о сегодняшнемъ чудѣ?
Марселіусъ отвѣтилъ:
-- Я скажу тебѣ откровенно: мнѣ кажется, что ни о какомъ чудѣ не можетъ быть и рѣчи.