-- Ты ушибся? -- спросила Фредерикка. -- И гдѣ твоя шляпа?
-- Мы не нашли ея, -- сказалъ Марселіусъ.
-- Ты могъ бы пока одолжить ему свою фуражку, -- сказала Фредерикка; она безпокоилась за Симона.
-- Онъ не хочетъ ея надѣвать, -- отвѣтилъ Марселіусъ.
-- Нѣтъ, извини меня, я не хочу ее брать, -- сказалъ гордо Симонъ, хотя онъ дрожалъ отъ холода.
Старый учитель разспрашивалъ теперь своего коллегу и сослуживца о подробностяхъ катастрофы, и тотъ отвѣчалъ ему.
У Іоахима было такое впечатлѣніе, что разговоръ, который они вели между собою, носилъ характеръ чего-то заранѣе обдуманнаго и неискренняго. Симонъ Рустъ разсказывалъ, что онъ научился плавать еще въ семинаріи, и только благодаря этому его удалось спасти сегодня. Но все-таки, пока онъ не увидалъ спасательной лодки, онъ испытывалъ муки тантала. Онъ хочетъ подробно разсказать, какъ произошло все это приключеніе для того, чтобъ никто не могъ построить на этотъ счетъ ложныхъ предположеній.
-- Одно мнѣ было бы интересно узнать -- сказалъ онъ, обращаясь къ Фредериккѣ.-- Какъ ты себя чувствовала, Фредерикка, когда лодка опрокинулась вмѣстѣ со мною?
-- Какъ я себя чувствовала?-- спросила Фредерикка.
-- И какое было твое первое слово?