-- Да, да, наше дѣло, вѣроятно, выгоритъ; тогда мы можемъ получить лодку, какъ ты говоришь. Но если онъ откажется отъ своего слова, тогда мы поженимся съ тобой и заставимъ его заплатить за лодку.
Никакого удивленія не проскользнуло на лицѣ Марселіуса по поводу этого договора, и онъ спросилъ:-- Когда же я узнаю объ этомъ?
Фредерикка отвѣтила:-- Завтра онъ ѣдетъ домой, и тогда этотъ вопросъ рѣшится. Но вѣдь ты понимаешь, что я не могу спросить его объ этомъ.
Марселіусу пришлось дожидаться нѣсколько мѣсяцевъ, пока, наконецъ, онъ узналъ опредѣленный отвѣтъ.
На Рождество Симонъ Рустъ уѣхалъ домой, и передъ отъѣздомъ вопросъ не былъ разрѣшенъ; послѣ этого онъ сватался во многихъ семъяхъ на церковномъ островѣ, и, благодаря извѣстности его отца, его предложенія были всюду приняты. Но Симонъ ни къ кому не привязывался и до поры до времени считалъ себя вполнѣ свободнымъ. Наконецъ, онъ рискнулъ сдѣлать предложеніе учительницѣ пастората, и тутъ Симонъ Рустъ получилъ отказъ. Она была барышня и къ тому же изъ хорошей семьи. Обо всемъ этомъ слышала Фредерикка и очень грустила. Танцы въ ночь подъ Крещеніе были, какъ всегда, назначены въ домѣ лодочника Іоахима, и Марселіусъ долженъ былъ, какъ всегда, исполнятъ роль хозяина дома. Своевременно были приглашены скрипачъ и тотъ самый Дидрикъ, который такъ искусно пѣлъ и выбивалъ ногами тактъ. Всѣ парни выбрали себѣ заранѣе дѣвушекъ, и Фредерикка обѣщала Марселіусу прійти.
Но вотъ къ острову подплыла четырехвесельная лодка. Она была послана сьарымъ рыбакомъ Рустомъ за Фредериккой, чтобъ везти ее на церковный островъ. Въ этотъ вечеръ у него предполагались танцы. Въ одно мгновеніе Фредерикка была готова, она нарядилась по-праздничному.
Марселіусъ пришелъ на пристань и сказалъ ей:-- Да, да, теперь, вѣроятно, ваше дѣло будетъ рѣшено?
-- Да, теперь этотъ вопросъ рѣшится, -- послѣдовалъ отвѣтъ. Во время переправы видно было, что она на что-то рѣшилась.
Она была радушно принята старымъ рыбакомъ Рустомъ, и вечеромъ, когда начались танцы, она пользовалась большимъ успѣхомъ среди молодежи церковнаго острова. Но Симонъ, сынъ хозяина дома, шутилъ со всѣми одинаково и съ каждой въ отдѣльности, и Фредерикка осталась по прежнему въ неизвѣстности.
Въ промежуткахъ между танцами гостямъ подавали спиртные напитки и кофе, и старикъ Рустъ выпилъ изрядное количество вина; онъ сидѣлъ въ удобной и непринужденной позѣ въ той же комнатѣ съ нѣсколькими пожилыми рыбаками. Симонъ Рустъ тоже выпилъ нѣсколько стакановъ вина, чтобы не подумали, что онъ гордится, но онъ не танцовалъ съ дѣвушками-рыбачками, потому что это не приличествовало его званію учителя.