Мистеръ Родгерсъ проникся ко мнѣ уваженіемъ за мое искусство и сказалъ дочери:
-- Замолчи, Алиса.
Эдвинъ все чаще и чаще открывалъ глаза, онъ началъ стонать и хотѣлъ прикоснуться рукой къ ранѣ на головѣ, но я не допустилъ этого. Тогда онъ широко открылъ глаза, и по его взгляду я понялъ, что онъ меня узналъ. Я положилъ теперь корпію на вскрытую жилу и наложилъ повязку, что мнѣ слѣдовало уже сдѣлать раньше. Послѣ этого мы отнесли его на кроватку; и раздѣли его. Онъ впалъ въ безсознательное состояніе; тѣмъ временемъ я омылъ рану на его головѣ и забинтовалъ ее.
-- Теперь можетъ пріѣхать и докторъ, -- сказалъ я. И у меня было божественное настроеніе.
Но когда состояніе напряженноcти улеглось во мнѣ, я сдѣлался вялымъ и апатичнымъ. Я опустился въ изнеможеніи на стулъ. Вскорѣ затѣмъ я поднялся и вышелъ изъ дому, колѣни у меня дрожали, я примостился за конюшней и чувствовалъ, что я никуда больше не гожусь. Я просидѣлъ тутъ минутъ десять, послѣ этого я почувствовалъ себя немного бодрѣе, пошелъ на поле, запрягъ воловъ и принялся пахать. Меня клонило ко сну.
Я пахалъ часа три. Наконецъ пришелъ старикъ Родгерсъ и сказалъ, что былъ докторъ, сдѣлалъ Эдвину перевязку и далъ ему капель. Мистеръ Родгерсъ попросилъ меня на сегодня прекратить работу. Я отпрягъ воловъ и отправился съ нимъ въ домъ.
Мы почти не говорили между собою, но я видѣлъ по глазамъ старика, какъ онъ былъ мнѣ благодаренъ.
Мистрисъ Родгерсъ вышла къ намъ навстрѣчу и сказала мнѣ:-- Здѣсь былъ докторъ, онъ надѣется, что Эдвинъ выживетъ.
-- Онъ сказалъ, что ты правильно поступилъ, надрѣзавъ жилу, -- добавилъ Родгерсъ.
-- Онъ сказалъ, что ты спасъ ему жизнь, -- вмѣшалась мистрисъ Родгерсъ.