Ольга смолчала.
"Слыхали вы, что у органиста Борре есть дочь, на которой я могъ бы жениться?"
Тутъ Ольга разразилась хохотомъ и взглянула на него.
"Нѣтъ, вамъ бы, право, не слѣдовало смѣяться. Я отъ этого только еще больше съ ума схожу по васъ".
"Вы сумасшедшій!" тихо замѣтила Ольга и лицо ея вспыхнуло.
"Я даже думаю: очень можетъ быть, что она нарочно смѣется, чтобы еще больше вскружить мнѣ голову. Вѣдь прежде чѣмъ убить гуся или утку, имъ вкалываютъ въ голову маленькую булавочку, чтобы они распухли и стали вкуснѣе!"
Ольга быстро возразила: "Нѣтъ, я совсѣмъ не такая, не думайте такъ обо мнѣ!" Она встала и хотѣла итти домой.
"Если вы войдете въ домъ, я тоже пойду за вами и спрошу вашего отца, прочиталъ ли онъ мои книги", сказалъ Роландсенъ.
"Отца нѣтъ дома".
"Такъ. Я, собственно, не хочу итти къ вамъ. Но какъ вы жестоки и неприступны сегодня, Ольга! Мнѣ не удается вытянуть изъ васъ ни одного дружелюбнаго слова. Я для васъ -- ничто; вы уничтожаете меня".