-- У меня есть еще деньги! Посмотри! -- нѣкоторые совѣтовали ему прекратилъ игру; одинъ его землякъ, ирландецъ О'Бріенъ, говорилъ,-- лучше бы ему приберечь золото для желѣзной дороги. Эвансъ обидѣлся.
-- Нѣтъ, деньгами на дорогу ссудишь меня ты,-- сказалъ онъ. О'Бріенъ коротко отказалъ и вышелъ изъ комнаты.
Эванса это обидѣло. Онъ поставилъ сразу всѣ деньги и проигралъ. Онъ отнесся къ этому спокойно. Онъ закурилъ сигару и, ухмыляясь, сказалъ:
-- Не хочешь ли ссудить меня деньгами на дорогу?-- Я былъ еще въ туманѣ отъ послѣдней выпивки,-- мы пили изъ тѣхъ бутылокъ, наверху,-- я разстегнулъ куртку и передалъ Эвансу бумажникъ со всѣмъ, что тамъ было.
Сдѣлалъ это я для того, чтобъ доказать, насколько охотно я ему вѣрю и предоставляю взять сколько нужно. Онъ глядѣлъ то на меня, то на кошелекъ. Лицо его странно мѣнялось. Онъ открылъ бумажникъ и увидѣлъ тамъ всѣ мои деньги. Когда онъ опять повернулъ ко мнѣ голову, я ему кивнулъ.
Этого кивка онъ не понялъ. Онъ думалъ, что ему предоставляю все.
-- Спасибо,-- сказалъ онъ.
И къ ужасу моему онъ садится съ моими деньгами и начинаетъ снова играть.
Сначала мнѣ хотѣлось его остановить, но я воздержался. "Пустъ сперва издержитъ свои дорожныя деньги, думалъ я; когда же начнетъ много проигрывать, я у него отберу остатокъ".
Эвансъ, однако, много не проигралъ. Онъ вдругъ отрезвѣлъ и началъ ставить обдумано и быстро. Я выказалъ ему довѣріе передъ столькими товарищами,-- это его ободрило, Молчаливо и величественно сидѣлъ онъ на ящикѣ отъ виски, который служилъ ему стуломъ, онъ ставилъ, а выигрышъ бралъ себѣ.