-- Вот и всё, что я хотел сказать тебе.
Голос его был необычно спокоен, почти властен, и она припомнила, что таким тоном он не говорил с ней в течение трёх лет. В нём была удивительная сила.
-- Так ты хочешь этого? -- сказала она. -- Значит, мы расстанемся. Ну, да, конечно... Но ты всё это хорошо обдумал и делаешь это не ради того только, чтобы исполнить моё желание?
-- Разумеется, я делаю это для того, чтобы исполнить твоё желание, -- ответил он. -- Ты так часто просила меня об этом, а я, к сожалению, всегда противился вплоть до сегодняшнего дня. -- И он прибавил без всякой злобы: -- Я прошу тебя простить меня за то, что я отнял у тебя время.
Она стала внимательнее.
-- Я не понимаю, о чём ты говоришь, -- сказала она с лёгким нетерпением.
Он не стал отвечать ей на это. Разве она не требовала постоянно развода? Так как же он не отнял у неё времени? Он расстегнул пальто и с невозмутимым спокойствием сделал крест в своём карманном календаре.
Она не могла не отметить этого самообладания, которого никогда раньше не видела в нём, и невольно сказала:
-- Мне кажется, что ты очень изменился...
-- Да, поседел немножко, но...