Она смотрела мне в лицо, ожидая, что я отвечу, и я сказал:
-- Он и длиннее всех, он страшно длинен.
Смущение её достигло крайних пределов.
-- Да нет же, не будет никакого туннеля, -- воскликнула она. -- Вы обманываете меня, никакого туннеля нет.
-- Нет, есть ещё один туннель, -- посмотрите сами.
И я показал ей карту. Но она не хотела ни смотреть, ни слушать.
-- Нет, нет, никакого туннеля нет, -- говорю вам. -- Но если он будет, говорите со мной, -- сказала она немного погодя.
Она откинулась на спинку дивана, полузакрыв глаза и улыбаясь.
Но вот поезд свистит, я выглядываю в окно, мы приближаемся к зияющей пасти туннеля. Я вспоминаю, что обещал разговаривать с ней, наклоняюсь к ней и вдруг чувствую во мраке, как её руки обвиваются вокруг моей шеи.
-- Говорите же, говорите со мной, мне так страшно, -- шепчет она, и я слышу, как бьётся её сердце. -- Что же вы не говорите со мной?