Я ясно слышал, как стучит её сердце, и в ту же минуту я приник губами к её уху и сказал:
-- Вот вы и забыли вашего друга!
Она прислушалась, задрожала всем телом, мгновенно выпустила мою шею, оттолкнула меня обеими руками и упала во весь рост на диван. Во мраке я слышал её рыдание".
-- Это сила любви, -- закончил Ойен.
Опять в мастерской было всё тихо. Мильде всё ещё сидел с раскрытым ртом.
-- Ну, а дальше что? -- сказал он, ожидая продолжения, конца. -- Разве это всё? Господь с тобой, неужто на этом и кончилось? Никогда не слыхал подобной чуши! Ну, нет, писание, в которое ударились вы, молодёжь, я называю просто ерундой. Ха-ха! "Вот вы и забыли вашего друга! Вы не должны забывать вашего друга!". Ха-ха-ха!
Мужчины расхохотались. Впечатление было нарушено, поэт с компасом вызывающе вскочил, ткнул Мильде пальцем в грудь и воскликнул:
-- Этот господин ничего не понимает в современной поэзии!
-- Современная поэзия? Вы теперь всякую галиматью называете современной поэзией!.. Но, по крайней мере, каждая вещь должна же иметь хоть конец?
Ойен побледнел от досады.