Лошади тронули и остановились въ самомъ яркомъ свѣтѣ.
На крыльцо вышла Эмма и приняла барыню. Барыня отдала ей одѣяла, которыя она уже заранѣе сложила.
-- Благодарю васъ!-- сказала она мнѣ.-- Боже, какъ съ васъ течетъ!
XXV.
Меня ожидало удивительное извѣстіе: Фалькенбергъ нанялся къ капитану въ работники. Это рѣшеніе моего товарища разрушило всѣ наши планы, и я оставался одинъ. Я ничего не понималъ во всемъ этомъ. Но вѣдь я могъ обдумать положеніе вещей на слѣдующій день.
Было уже два часа ночи, а я все еще лежалъ съ открытыми глазами, дрожалъ и думалъ, -- и во всѣ эти долгіе часы я никакъ не могъ согрѣться. Но вотъ, наконецъ, я почувствовалъ, что по моимъ жиламъ разливается тепло, и черезъ нѣсколько времени я лежалъ въ сильнѣйшемъ жару... Какъ она боялась вчера, она не рѣшилась даже остановиться на дорогѣ, чтобы поѣсть, а зашла въ избу... и во весь долгій путь она ни разу не подняла на меня глазъ...
Вдругъ я прихожу на мгновеніе въ полное сознаніе и соображаю, что могу сказать что-нибудь въ бреду и разбудить Фалькенберга. Я судорожно сжимаю зубы и вскакиваю съ постели. Снова натянувъ на себя свое мокрое платье, я ощупью спускаюсь съ лѣстницы и бросаюсь опрометью бѣжать черезъ поля. Черезъ нѣсколько времени мое платье начинаетъ согрѣвать меня. Я бѣгу по направленію къ лѣсу, гдѣ мы работали. Съ моего лица катятся капли пота и дождя, лишь бы мнѣ достать пилу, тогда я изгоню изъ своего тѣла лихорадку работой, -- это старое, хорошо испытанное мною средство. Пилы нѣтъ, но зато я нахожу мой топоръ, который я самъ спряталъ въ субботу вечеромъ, -- и я начинаю рубить. Тьма такая, что я почти ничего не вижу; но я изрѣдка ощупываю рукой зарубленное мѣсто на стволѣ, и мнѣ удается срубить нѣсколько деревьевъ. Потъ льется съ меня градомъ.
Когда я почувствовалъ себя достаточно утомленнымъ, я спряталъ топоръ на старое мѣсто. Начало свѣтать, и я побѣжалъ домой.
-- Гдѣ ты былъ?-- спросилъ Фалькенбергъ.
Я не хотѣлъ, чтобъ онъ узналъ о моей простудѣ, такъ какъ онъ могъ бы проговориться объ этомъ въ кухнѣ, а потому я пробормоталъ, что и самъ не знаю, куда ходилъ.