Игумен. Не совсем хорошо? Что это ты задумала?
Царица. Я думаю отпустить хана Товинского.
Игумен. Да, за указанный ему выкуп.
Царица. Нет, без какого бы то ни было выкупа. Я хочу его отпустить, чтобы он мог вернуться к своему народу.
Игумен. Этого ты не сделаешь.
Царица. Я это сделаю, благочестивый отец.
Игумен. Зачем? Или тебя смущают тайные мысли, которых ты не хочешь открыть, дитя мое?
Царица. Ты думаешь? Главное то, что я освобождаю хана.
Игумен. Главное — что тебя к этому побуждает?
Царица. Благочестивый отец, ты стар, а я молода, и глаза мои видят иначе, чем твои. Я верю, что если я освобожу хана, это повлияет и на товинцев сильнее, чем кровь и железо.