Когда проходилъ русскій кондукторъ, то приказалъ имъ коротко и ясно надѣть сапоги, что они послушно и сдѣлали. Послушно, но безъ смущенія. Естественно, они должны были подчиняться обычаямъ чуждой страны, но обычаи въ Бухарѣ все же были лучше. Они гордились Бухарой, ничто на свѣтѣ не могло сравниться съ ней. Они вытащили изъ двухъ бумажныхъ пакетовъ свой обѣдъ, состоявшій изъ твердыхъ, какъ камень, пшеничныхъ сухарей съ небольшими дырочками и сухого изюма. Они предложили поѣсть и намъ, говоря: покушайте, вѣдь это изъ Бухары! Ихъ чайникъ былъ красивой формы и, навѣрно, драгоцѣнный сосудъ, покрытый эмалью и украшенный каменьями.
Татаринъ, также и самъ магометанинъ, даетъ намъ объясненія относительно нѣкоторыхъ вещей, интересующихъ насъ.
Зачѣмъ эти богатые люди ѣдутъ такъ далеко? Вѣдь у нихъ и въ Бухарѣ есть священная гробница?
Татаринъ спрашиваетъ у купцовъ и получаетъ въ отвѣтъ, что у нихъ, разумѣется, есть въ Бухарѣ священная гробница, но это не гробница пророка. Зато нѣтъ у нихъ Мекки и нѣтъ горы Арарата.
Какой дорогой поѣдутъ они?
Черезъ Константинополь и Дамаскъ, гдѣ они примкнуть къ каравану.
Правда ли, что было бы болѣе заслуги ѣхать сухимъ путемъ? Это я гдѣ-то читалъ.
Пророкъ не запретилъ ѣхать также и водою.
Откуда же вы сами?-- спросилъ я татарина.
Я изъ Тифлиса.