Она вырвалась, замахнулась хлыстомъ и ударила его по лицу. Онъ сразу успокоился. пріободрился; кроваво-красная полоса осталась на лѣвой щекѣ. Она взглянула на него, опустила хлыстъ и прошептала дрожащими губами:
-- Я васъ ударила?
-- Ничего,-- отвѣтилъ онъ.-- Повторите, это для меня радость.
Но она опустила голову и бросилась по лѣстницѣ въ свою комнату, гдѣ ее никто не могъ видѣть.
Она не уѣхала на другой день. Они посѣтили виды, горные потоки, корабельную верфь. Какъ перемѣнился весь міръ, какъ билось ея сердце стремительно, въ сладкомъ безуміи! Нѣтъ, никогда бы она не поѣхала на югъ къ этому человѣку -- она его больше не любитъ -- если бъ не приказаніе отца-офицера. Но она сейчасъ же вернется. И она подала руку завоевателю.
-- Я ѣду тоже,-- сказалъ онъ.-- Завтра же ѣду; за тобой. До свиданія, моя единственная любовь.
III.
Тутъ настало время, короткое,-- какъ это всегда бывало,-- онъ горѣлъ восторгомъ и ничего не видѣлъ и не слышалъ, кромѣ нея. Онъ телеграфировалъ почти ежечасно и писалъ письмо за письмомъ на продушенной бумагѣ. Онъ читалъ эти прекрасныя слова съ пылкой радостью; все цвѣло внутри у него.
Часы летѣли. Почему онъ не уѣзжалъ? Восторженное настроеніе мѣшало ему отправиться. Черезъ два дня онъ еще не уѣхалъ, потому что не былъ въ силахъ разстаться съ этими чудными письмами, они все еще приходили. Почему было ихъ такъ много, такъ много! Первыя были самыя хорошія. Они были для его сердца -- всѣ маленькія розы; но потомъ начали приходитъ слишкомъ часто.
Разъ вечеромъ онъ оставилъ нераспечатаннымъ до утра письмо красавицы. Странно, что онъ сейчасъ же не распечаталъ его дрожащими руками, какъ дѣлалъ это раньше!